Background. L-asparaginase is an integral part of chemotherapy regimens in treatment of patients with acute lymphoblastic leukemia (ALL). However, the use of L-asparaginase is limited due to wide range of adverse reactions. Our research demonstrates the toxicity effects and treatment results in patients with ALL who received native and pegylated (EG) L-asparaginase.
Materials and methods. From 2013 to 2023 in the study 199 patients with newly diagnosed ALL were enrolled. Patients were treated according to the ALL IC-BFM 2009 protocol including L-asparaginase. The average age of patients was 4.6 (1–18) years. B-ALL was diagnosed in 175 (87.9 %) patients, T-ALL in 24 (12.1 %) patients. Native L-asparaginase was used in the therapy of 51 (25.6 %) patients; if allergic reactions occured, 72 (36.2 %) patients received EG asparaginase. In 76 (38.2 %) patients treatment protocol included only EG-asparaginase without native L-asparaginase history.
Results. The most common adverse event was a hypersensitivity reaction – 27.6 % (n = 55), which was more common in the cohort of patients receiving native L-asparaginase. The incidence of hypercoagulation for patients treated with native L-asparaginase was 4 % and 0 % – for EG-asparaginase group. Hypocoagulation, presented as hypofibrinogenemia registered in 13 % of patients received native L-asparaginase and in 35 % for EG-asparaginase group. ancreatitis, complicated ALL treatment were diagnosed in 4 % after native L-asparaginase and 1 % after EG-asparaginase. The best 5‑year survival rates were observed in the group of patients who initially received EG-asparaginase – overall and eventfree survival were 100 and 87.5 (11.7) %, respectively (р >0.05).
Conclusion. Despite the absence of convincing survival benefit in patients with newly diagnosed ALL treated with EG-asparaginase, the toxicity profile was better in contrast to native L-asparaginase.
Введение. Препараты L-аспарагиназы – неотъемлемый компонент полихимиотерапии в лечении пациентов с острым лимфобластным лейкозом (ОЛЛ), однако их применение лимитировано широким спектром возможных нежелательных реакций. В нашем исследовании представлены токсические эффекты и результаты лечения пациентов с ОЛЛ, получавших нативные и пегилированные (ЕГ) препараты L-аспарагиназы.
Материалы и методы. С 2013 по 2023 г. в исследование включены 199 пациентов с впервые установленным диагнозом ОЛЛ, получавшие терапию по протоколу ALL IC-BFM 2009 с применением препаратов L-аспарагиназы. Средний возраст больных составил 4,6 (1–18) года. 175 (87,9 %) пациентов диагностирован В-линейный ОЛЛ, у 24 (12,1 %) – Т-линейный. Нативная L-аспарагиназа использовалась в терапии 51 (25,6 %) пациента, при развитии на нее аллергических реакций 72 (36,2 %) больных получили ЕГ-аспарагиназу. Инициальная терапия впервые диагностированного ОЛЛ с использованием только ЕГ-аспарагиназы проведена 76 (38,2 %) больным.
Результаты. Реакция гиперчувствительности при введении препаратов L-аспарагиназы отмечена в 27,6 % (n = 55) случаев и чаще встречалась в группе пациентов, получивших нативную L-аспарагиназу. Частота развития гиперкоагуляционного синдрома при использовании нативной L-аспарагиназы составила 4 %, аЕГ-аспарагиназы – 0 %. Гипокоагуляция в виде гипофибриногенемии отмечена у 13 % больных ОЛЛ, получивших нативную L-аспарагиназу, тогда как при использовании ЕГ-аспарагиназы этот показатель составил 35 %. Панкреатиты осложняли лечение ОЛЛ у 4 % пациентов при использовании нативной L-аспарагиназы и в 1 % случаев при терапии ЕГ-аспарагиназой. Лучшие показатели 5‑летней выживаемости отмечались в группе пациентов, получивших инициально ЕГ-аспарагиназу: общая и бессобытийная выживаемость составили 100 и 87,5 (11,7) % соответственно (р >0,05).
Заключение. Несмотря на отсутствие убедительных преимуществ в выживаемости пациентов с впервые диагностированным ОЛЛ при использовании ЕГ-аспарагиназы, профиль токсичности препарата по сравнению с нативной L-аспарагиназой оказался существенно лучше.