Autologous hematopoietic stem cell transplantation in patients with HIV and lymphoproliferative disorders

Cover Page

Cite item

Full Text

Open Access Open Access
Restricted Access Access granted
Restricted Access Subscription or Fee Access

Abstract

Background. Human immunodeficiency virus (HIV) associated lymphomas remain a leading cause of death among people living with HIV, despite the advances in antiretroviral therapy. Autologous hematopoietic stem cell transplantation (auto-HSCT) is considered an effective consolidation strategy; however, data on its safety and feasibility in HIV-infected patients are limited.

Aim. To evaluate the feasibility, safety, and efficacy of mobilization, collection of peripheral blood hematopoietic stem cells, and subsequent auto-HSCT in HIV-positive patients with aggressive relapsed B-cell lymphomas.

Materials and methods. This single-center retrospective study included 9 patients (median age 43 years) with HIV infection and lymphomas (Hodgkin lymphoma – 3, plasmablastic lymphoma – 4, diffuse large B-cell lymphoma – 2) who underwent high-dose chemotherapy followed by auto-HSCT. Peripheral blood hematopoietic stem cells mobilization was performed using the HD-Cy / HD-Ara-C regimen combined with granulocyte colony-stimulating factor; plerixafor (n = 1) or empegfilgrastim (n = 2) was added in cases of insufficient response. The conditioning regimen was Benda-EAM. Mandatory inclusion criteria were complete virological suppression (HIV RNA < 50 copies / mL), CD4+ lymphocyte count > 100 / μL, and continued antiretroviral therapy.

Results. The median harvested CD34+ cell dose was 3.64 × 106 / kg. The median time to neutrophil recovery > 0.5 × 109 / L was 11 days, and to platelet recovery > 20 × 109 / L – 14 days. Early post-transplant complications included febrile neutropenia (33.3 %), fatal septicemia (11.1 %), grade I–III mucositis (33.3 %), enterocolitis (22.2 %), and cytomegalovirus infection (11.1 %). Non-relapse mortality at 100 days was 11.1 %. No HIV reactivation was observed. At a median follow-up of 15.4 months, only one progression occurred – in a patient with plasmablastic lymphoma who underwent auto-HSCT in partial remission. The estimated 12-month overall survival and progression-free survival were 76.2 and 77.8 %, respectively.

Conclusion. Auto-HSCT demonstrates promising results in HIV-infected patients with lymphomas, provided that complete remission is achieved, virological suppression is maintained, and adequate supportive care is delivered. Further follow-up and multicenter studies are warranted to confirm long-term efficacy.

Full Text

Введение

Современная антиретровирусная терапия (АРТ) существенно увеличила продолжительность жизни пациентов с ВИЧ-инфекцией, однако риск развития лимфопролиферативных заболеваний у этой категории больных остается высоким, а злокачественные новообразования сохраняют позицию одной из ведущих причин смертности [1]. Особую сложность представляет лечение агрессивных лимфом, в том числе плазмобластной лимфомы (ПЛ), диффузной В-крупноклеточной лимфомы (ДБККЛ), а также В-клеточных лимфом с рецидивирующим и рефрактерным течением [2, 3].

Аутологичная трансплантация гемопоэтических стволовых клеток (ауто-ТГСК) остается эффективным методом консолидации ремиссии, позволяющим достичь длительной полной ремиссии (ПР) у пациентов с ВИЧ-ассоциированными лимфомами. Длительное время ВИЧ-статус рассматривался как противопоказание к высокодозной химиотерапии вследствие опасений избыточной токсичности и высокого риска инфекционных осложнений на фоне иммунодефицита. В настоящее время, согласно современным представлениям и рекомендациям международных профессиональных сообществ, лечение ВИЧ-ассоциированных лимфом должно соответствовать общепринятым онкогематологическим стандартам, а при эффективной АРТ, контролируемой вирусной нагрузке и удовлетворительном иммунологическом статусе ВИЧ-инфекция не является противопоказанием к ауто-ТГСК [2, 4].

В многоцентровом исследовании BMT CTN 0803/AMC 071 у 40 трансплантированных пациентов 1-летняя общая выживаемость (ОВ) составила 87,3 %, 2-летняя ОВ — 82,0 %, 2-летняя выживаемость без прогрессирования (ВБП) — 79,8 % [2]. По данным систематического обзора и метаанализа 2024 г., расчетная 2-летняя ОВ при рецидивирующих и рефрактерных ВИЧ-ассоциированных лимфомах достигала 79,8 %, ВБП — 77,9 % [3]. Эти показатели сопоставимы с результатами ауто-ТГСК у ВИЧ-негативных пациентов. В то же время авторы обзора подчеркивают ограниченность проспективных данных и отсутствие прямых сравнительных исследований, что определяет актуальность накопления собственного клинического опыта [3].

Цель

   Оценить возможность, безопасность и эффективность мобилизации, сбора гемопоэтических стволовых клеток крови и последующей аутологичной трансплантации (ауто-ТГСК) у ВИЧ-позитивных пациентов с агрессивными рецидивирующими В-клеточными лимфомами.

Материалы и методы

Проведено одноцентровое наблюдательное ретроспективное исследование. В анализ включены 9 пациентов с ВИЧ-инфекцией и лимфомами, наблюдавшихся в ГБУЗ МКНЦ имени А.С. Логинова ДЗМ с октября 2024 г. по апрель 2026 г., которым выполнена высокодозная химиотерапия с последующей ауто-ТГСК. Медиана возраста пациентов составила 43 года (размах 33–59 лет). Нозологическая структура и статус заболевания перед трансплантацией представлены в табл. 1.

 

 

Таблица 1. Нозологическая структура и статус заболевания пациентов

Table 1. Nosological structure and disease status of patients

Нозологическая форма / Nosological form

Статус заболевания / Disease status

Количество пациентов /

Number of patients

Лимфома Ходжкина / Hodgkin lymphoma

Вторая полная ремиссия / Second complete remission

3

Плазмобластная лимфома / Plasmablastic lymphoma

Первая полная ремиссия / First complete remission

1

Плазмобластная лимфома / Plasmablastic lymphoma

Вторая полная ремиссия / Second complete remission

2

Плазмобластная лимфома / Plasmablastic lymphoma

Частичная ремиссия / Partial remission

1

Диффузная В-крупноклеточная лимфома / Diffuse large B-cell lymphoma

Вторая полная ремиссия / Second complete remission

2

 

Всем пациентам проведен скрининг оппортунистических инфекций, включавший: полимеразную цепную реакцию (ПЦР) на цитомегаловирус (ЦМВ), вирус Эпштейна–Барр и вирус герпеса человека 6-го типа; серологическое обследование на вирус простого герпеса и токсоплазмоз; определение маркеров вирусных гепатитов (HBsAg, анти-HBcore IgG, ДНК вируса гепатита B, анти-HCV, РНК вируса гепатита C); обследование на туберкулез с помощью IGRA-теста (T-SPOT.TB). Оценка функционального состояния органов и систем включала эхокардиографию (фракция выброса левого желудочка >50 %), спирометрию (объем форсированного выдоха за 1-ю секунду >50 % от должного) и стоматологический осмотр с санацией очагов хронической инфекции.

Мобилизация и сбор гемопоэтических стволовых клеток.  Мобилизацию СКК выполняли по протоколу HD-Cy/HD-Ara-C в сочетании с гранулоцитарным колониестимулирующим фактором (Г-КСФ): циклофосфамид 3 г/м² в 1-й день либо цитарабин 2 г/м² в 1-й день с последующим введением Г-КСФ в дозе 5–10 мкг/кг/сут до завершения лейкафереза. Сбор CD34+-клеток осуществляли методом лейкафереза на сепараторе клеток крови Spectra Optia (Terumo BCT, США) при содержании CD34+-клеток в периферической крови ≥20 клеток/мкл. Адекватной мобилизацией считали получение >2,5×10⁶ CD34+ клеток/кг массы тела, оптимальной  >5×10⁶ CD34+ клеток/кг.

При недостаточной эффективности первичной мобилизации применяли дополнительные мобилизующие агенты. Одному пациенту в схему мобилизации был включен плериксафор — селективный обратимый антагонист хемокинового рецептора CXCR4, производное бициклама. Препарат первоначально разрабатывался как противовирусное средство для лечения ВИЧ-инфекции, однако в ходе исследований была выявлена его способность мобилизовать гемопоэтические стволовые клетки в периферический кровоток; эффективность плериксафора в комбинации с Г-КСФ при неходжкинских лимфомах подтверждена в рандомизированном исследовании III фазы [5]. Плериксафор вводили подкожно в дозе 0,24 мг/кг за 6–11 ч до начала афереза после 4-дневной предварительной терапии Г-КСФ. Двум пациентам применяли эмпэгфилграстим (Экстимия®, АО «Биокад», Россия) — пегилированный рекомбинантный Г-КСФ пролонгированного действия, вводимый подкожно однократно в фиксированной дозе 7,5 мг. В первом российском многоцентровом исследовании применения эмпэгфилграстима для мобилизации СКК у больных лимфопролиферативными заболеваниями (n = 89) успешная мобилизация (>2×10⁶ CD34+ клеток/кг) была достигнута в 74 % случаев при благоприятном профиле безопасности [6].

Перед мобилизацией СКК, высокодозной химиотерапией и реинфузией у всех пациентов на фоне продолжающейся АРТ была достигнута полная вирусологическая супрессия — уровень РНК ВИЧ в плазме крови ниже порога определения (<50 копий/мл). Сохранная вирусологическая супрессия и непрерывность АРТ рассматриваются как необходимые условия выполнения ауто-ТГСК у ВИЧ-позитивных пациентов, поскольку трансплантация в этих условиях не усугубляет исходный иммунный дефицит и не сопровождается усилением репликации вируса [4]. Дополнительным критерием служил уровень CD4+ лимфоцитов >100 клеток/мкл; данное пороговое значение принято в качестве внутреннего стандарта центра с учетом того, что Всемирная организация здравоохранения определяет продвинутую стадию ВИЧ-инфекции как снижение числа CD4+-лимфоцитов <200 клеток/мкл [7].

Режим кондиционирования и профилактика инфекционных осложнений. В качестве режима кондиционирования всем пациентам применяли протокол Benda-EAM: бендамустин 200 мг/м² в дни –7 и –6; этопозид 100 мг/м² 2 раза в сутки в дни –5…–2; цитарабин 200 мг/м² 2 раза в сутки в дни –5…–2; мелфалан 140 мг/м² в день –1; реинфузия СКК в день 0. Профилактику реактивации вирусов простого герпеса и varicella zoster проводили ацикловиром в дозе 800 мг/сут, профилактику пневмоцистной пневмонии — ко-тримоксазолом в дозе 960 мг/сут в соответствии с международными рекомендациями по предупреждению инфекционных осложнений у реципиентов ТГСК [8]. Профилактику начинали с первого дня кондиционирования и продолжали до восстановления абсолютного числа нейтрофилов >1,0×10⁹/л. Каспофунгин назначали при развитии нейтропении (абсолютное число нейтрофилов <0,5×10⁹/л) в сочетании с лихорадкой неясного генеза либо при отсутствии эффекта антибактериальной терапии в течение 72 ч в режиме эмпирической противогрибковой терапии (нагрузочная доза 70 мг внутривенно однократно, далее 50 мг внутривенно 1 раз в сутки). Эффективность и переносимость такого подхода при персистирующей фебрильной нейтропении подтверждены в рандомизированном исследовании [9]. Терапию каспофунгином продолжали до нормализации температуры тела и восстановления абсолютного числа нейтрофилов >0,5×10⁹/л.

С учетом вторичного гуморального иммунодефицита, обусловленного как ВИЧ-инфекцией, так и предшествующей высокодозной химиотерапией, всем пациентам в течение 1 года после ауто-ТГСК проводилась заместительная терапия нормальным иммуноглобулином человека в дозе 400–500 мг/кг массы тела ежемесячно. Следует подчеркнуть, что рутинная профилактика внутривенным иммуноглобулином у реципиентов ауто-ТГСК в общей популяции не рекомендована: в метаанализе 30 рандомизированных исследований (4223 пациента) применение иммуноглобулина не влияло на общую смертность и частоту инфекционных осложнений, снижая при этом частоту интерстициального пневмонита и повышая риск веноокклюзионной болезни [10, 11]. Решение о заместительной терапии в настоящем наблюдении принималось индивидуально, исходя из сочетания ВИЧ-ассоциированного и посттрансплантационного гуморального дефицита, и представляет собой практику центра, требующую проспективной оценки.

Результаты

Медиана собранной дозы CD34⁺-клеток составила 3,64 [3, 2; 4, 28]×10⁶/кг. Одному пациенту в схему мобилизации был добавлен плериксафор, двум — эмпэгфилграстим. Все 9 пациентов получили запланированную реинфузию аутологичных гемопоэтических стволовых клеток.

Медиана времени до восстановления абсолютного числа нейтрофилов >0,5×10⁹/л составила 11 дней (9–12), числа тромбоцитов >20×10⁹/л — 14 дней (11–18). Спектр и частота ранних посттрансплантационных осложнений представлены в табл. 2.

Таблица 2. Ранние посттрансплантационные осложнения / Table 2. Early post-transplant complications

Осложнение / Complication

Частота, n (%) / Frequency, n (%)

Гематологическая токсичность 4-й степени / Grade 4 hematological toxicity

9 (100%)

Фебрильная нейтропения / Febrile neutropenia

3 (33,3%)

Септицемия, в том числе с летальным исходом / Septicemia, including fatal outcome

1 (11,1%)

Мукозит I–III степени / Grade I–III mucositis

3 (33,3%)

Энтероколит / Enterocolitis

2 (22,2%)

Цитомегаловирусная инфекция / Cytomegalovirus infection

1 (11,1%)

На +12-й день после ауто-ТГСК зарегистрирован летальный исход вследствие септического шока. Таким образом, летальность, не связанная с рецидивом лимфомы, в течение 100 дней составила 11,1 % (1/9).

Реактивации ВИЧ-инфекции по данным вирусологического мониторинга не зафиксировано ни у одного пациента на протяжении всего периода наблюдения: уровень вирусной нагрузки во всех случаях оставался ниже порога определения (<50 копий/мл). Медиана числа CD4+-лимфоцитов перед ауто-ТГСК составила 187 клеток/мкл (112–324), на 180-й день после трансплантации — 165 клеток/мкл (98–289).

При медиане наблюдения 15,4 месяцев (максимальный срок 18,9 месяцев) единственный случай прогрессирования зарегистрирован у пациента с ПЛ, которому ауто-ТГСК была выполнена в частичной ремиссии. Прогрессирование диагностировано через 1,6 месяцев после трансплантации, летальный исход наступил через 6,4 месяцев.

Расчетная 6-месячная ОВ составила 88,9 % (95 % ДИ 43,3–98,4 %), 12-месячная ОВ — 76,2 % (95 % ДИ 33,2–93,5 %) (рис. 1). Расчетная 6- и 12-месячная ВБП составила 77,8 % (95 % ДИ 36,5–93,9 %) (рис. 2).

 

Рис. 1. Общая выживаемость после ауто-ТГСК. Оценка методом Каплана–Мейера; затененная область — 95 % доверительный интервал; знаки «+» — цензурированные наблюдения.

Fig. 1. Overall survival after auto-HSCT. Kaplan–Meier estimate; shaded area — 95 % confidence interval; “+” marks — censored observations.

 

Рис. 2. Выживаемость без прогрессирования после ауто-ТГСК. Оценка методом Каплана–Мейера; затененная область — 95 % доверительный интервал; знаки «+» — цензурированные наблюдения.

Fig. 2. Progression-free survival after auto-HSCT. Kaplan–Meier estimate; shaded area — 95 % confidence interval; “+” marks — censored observations.

 

Обсуждение и выводы

В настоящем наблюдении расчетная 12-месячная ОВ составила 76,2 %, ВБП — 77,8 %. Для сравнения, в исследовании BMT CTN 0803/AMC 071 1-летняя ОВ достигала 87,3 %, 2-летняя ВБП — 79,8 % [2]; в метаанализе M.F. Comelles и соавт. 2-летние ОВ и ВБП составили 79,8 и 77,9 % соответственно [3]. Таким образом, наши результаты несколько ниже, но в целом согласуются с опубликованными данными с учётом ограниченного размера выборки и короткого периода наблюдения.

 

Медиана времени до восстановления числа нейтрофилов составила 11 дней, что соответствует данным BMT CTN 0803/AMC 071 (11 дней) [2] и свидетельствует об адекватной функции трансплантата. Медиана дозы собранных CD34+-клеток (3,64×10⁶/кг) превышала минимальный порог, необходимый для безопасного проведения ауто-ТГСК. У 3 (33,3 %) из 9 пациентов потребовалось усиление мобилизации, что согласуется с представлением о сниженном мобилизационном потенциале у больных с ВИЧ-инфекцией, ранее получавших многолинейную химиотерапию и АРТ. Применение эмпэгфилграстима (Экстимия®, АО «Биокад», Россия) соответствует результатам российского многоцентрового исследования, продемонстрировавшего его эффективность и благоприятный профиль безопасности при мобилизации СКК у больных лимфопролиферативными заболеваниями [6].

Единственный случай прогрессирования зарегистрирован у пациента с ПЛ, которому ауто-ТГСК выполнена в частичной ремиссии, тогда как 3 больных с той же нозологией, трансплантированных в полной ремиссии, оставались без признаков прогрессирования на момент последнего наблюдения. Это соответствует общепринятому представлению о том, что глубина противоопухолевого ответа перед высокодозной терапией имеет определяющее прогностическое значение. Аналогичные данные получены в многоцентровом исследовании CALL-005, в котором статус частичной ремиссии перед ауто-ТГСК ассоциировался с неблагоприятным прогнозом [12].

Важным аспектом остается инфекционная безопасность. Летальный исход вследствие септического шока на +12-й день определил уровень летальности, не связанной с рецидивом, в 11,1 % (1/9). Этот результат следует рассматривать в контексте литературных данных, согласно которым у ВИЧ-позитивных реципиентов ауто-ТГСК частота инфекционных осложнений выше, чем у ВИЧ-негативных больных лимфомами [13]. В нашем центре всем пациентам проводилась заместительная терапия внутривенным иммуноглобулином. Вместе с тем имеющаяся доказательная база не поддерживает рутинное применение иммуноглобулина у реципиентов ауто-ТГСК в общей популяции [10, 11], в связи с чем целесообразность такого подхода именно у ВИЧ-позитивных больных, имеющих исходные нарушения гуморального иммунитета, требует проспективного изучения и не может считаться установленной на основании представленной серии наблюдений.

Вирусологическая супрессия сохранялась у всех пациентов на протяжении всего периода наблюдения, а медиана числа CD4+-лимфоцитов на 180-й день существенно не отличалась от исходной. Полученные данные согласуются с результатами C. Simonelli и соавт., показавшими, что ауто-ТГСК у ВИЧ-инфицированных больных не усугубляет исходный иммунный дефицит и не усиливает репликацию вируса [4], и подтверждают возможность безопасного продолжения АРТ в перитрансплантационном периоде

Заключение

Полученные предварительные результаты демонстрируют, что выполнение ауто-ТГСК эффективно и безопасно у ВИЧ-инфицированных пациентов с агрессивными и рецидивирующими лимфомами при условии полной вирусологической супрессии на фоне АРТ, сохранного иммунологического статуса и тщательного контроля инфекционных рисков. Достижение полной ремиссии основного заболевания перед трансплантацией представляется ключевым фактором благоприятного исхода. Для уточнения отдаленных результатов, оптимизации стратегий мобилизации и сопроводительной терапии необходимы дальнейшее накопление наблюдений и проспективные многоцентровые исследования.

×

About the authors

M. B. Bidzhieva

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Author for correspondence.
Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0009-0001-2587-4340
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

V. N. Nemykin

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0009-0002-2564-2707
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

E. A. Matveeva

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0000-0003-1119-8043
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

Y. R. Temlyakova

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0009-0008-3214-1605
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

G. A. Dudina

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0000-0001-9673-1067
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

M. S. Litvinenko

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0000-0001-7134-3893
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

A. P. Faenko

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0000-0001-6158-233X
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

K. O. Dalkes

Moscow Clinical Scientific and Practical Center named after A. S. Loginov, Moscow Healthcare Department

Email: bidzhieva98@inbox.ru
ORCID iD: 0009-0002-2753-4283
Russian Federation, Build. 1, 1 Novogireevskaya St., Moscow, 111123

References

  1. Coghill A.E., Shiels M.S., Suneja G., Engels E.A. Elevated cancer-specific mortality among HIV-infected patients in the United States. J Clin Oncol 2015;33(21):2376–83. doi: 10.1200/JCO.2014.59.5967
  2. Alvarnas J.C., Le Rademacher J., Wang Y. et al. Autologous hematopoietic cell transplantation for HIV-related lymphoma: results of the BMT CTN 0803/AMC 071 trial. Blood 2016;128(8):1050–8. doi: 10.1182/blood-2015-08-664706
  3. Comelles M.F., Grudzinski A., Hicks L.K. Autologous stem cell transplant for HIV-associated lymphoma: a systematic review and meta-analysis. Blood 2024;144(Suppl 1):3668. doi: 10.1182/blood-2024-211107
  4. Simonelli C., Zanussi S., Pratesi C. et al. Immune recovery after autologous stem cell transplantation is not different for HIV-infected versus HIV-uninfected patients with relapsed or refractory lymphoma. Clin Infect Dis 2010;50(12):1672–9. doi: 10.1086/652866
  5. DiPersio J.F., Micallef I.N., Stiff P.J. et al. Phase III prospective randomized double-blind placebo-controlled trial of plerixafor plus granulocyte colony-stimulating factor compared with placebo plus granulocyte colony-stimulating factor for autologous stem-cell mobilization and transplantation for patients with non-Hodgkin’s lymphoma. J Clin Oncol 2009;27(28):4767–73. doi: 10.1200/JCO.2008.20.7209
  6. Нестерова Е.С., Мангасарова Я.К., Багова М.О. и др. Оценка эффективности мобилизации гемопоэтических стволовых клеток крови с применением препарата эмпэгфилграстим (Экстимия®, Биокад) у больных лимфопролиферативными заболеваниями: опыт нескольких центров на территории Российской Федерации. Современная онкология 2024;26(3):323–34. doi: 10.26442/18151434.2024.3.202989 Nesterova E.S., Mangasarova J.K., Bagova M.O. et al. Evaluation of the effectiveness of hematopoietic blood stem cell mobilization using empegfilgrastim (Extimia®, BIOCAD) in patients with lymphoproliferative diseases: the experience of several centers in the Russian Federation. Sovremennaya onkologiya = Journal of Modern Oncology 2024;26(3):323–34. (In Russ.). doi: 10.26442/18151434.2024.3.202989
  7. World Health Organization. Guidelines for managing advanced HIV disease and rapid initiation of antiretroviral therapy. Geneva: WHO, 2017. 55 p.
  8. Tomblyn M., Chiller T., Einsele H. et al. Guidelines for preventing infectious complications among hematopoietic cell transplantation recipients: a global perspective. Biol Blood Marrow Transplant 2009;15(10):1143–238. doi: 10.1016/j.bbmt.2009.06.019
  9. Walsh T.J., Teppler H., Donowitz G.R. et al. Caspofungin versus liposomal amphotericin B for empirical antifungal therapy in patients with persistent fever and neutropenia. N Engl J Med 2004;351(14):1391–402. doi: 10.1056/NEJMoa040446
  10. Raanani P., Gafter-Gvili A., Paul M. et al. Immunoglobulin prophylaxis in hematopoietic stem cell transplantation: systematic review and meta-analysis. J Clin Oncol 2009;27(5):770–81. doi: 10.1200/JCO.2008.16.8450
  11. Raanani P., Gafter-Gvili A., Paul M. et al. Immunoglobulin prophylaxis in hematological malignancies and hematopoietic stem cell transplantation. Cochrane Database Syst Rev 2008;(4):CD006501. doi: 10.1002/14651858.CD006501.pub2
  12. Liu J., Liu W., Min H. et al. Clinical characteristics and prognosis analysis of autologous hematopoietic stem cell transplantation in 33 patients with HIV-associated lymphoma: a multicenter real-world retrospective study from China (CALL-005 study). Blood 2025;146(Suppl 1):1932. doi: 10.1182/blood-2025-1932
  13. Bastos-Oreiro M., Balsalobre P., Miralles P. et al. Autologous stem cell transplantation for lymphoma in HIV+ patients: higher rate of infections compared with non-HIV lymphoma. Bone Marrow Transplant 2020;55(9):1716–25. doi: 10.1038/s41409-020-0846-0

Supplementary files

Supplementary Files
Action
1. JATS XML

Copyright (c) 2026 ABV-press

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

СМИ зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).
Регистрационный номер и дата принятия решения о регистрации СМИ: серия ПИ № ФС 77-36928 от  21.07.2009.